Две 18-этажные башни в самом центре Петропавловска на месте бывшей оптовки должны были стать премиальным украшением города. Так, по крайней мере, обещали застройщики. Вместо этого они превратились в громкий долгострой, а председатель ЖСК «KZ» Александр Фомин — в подсудимого по делу о мошенничестве на сумму свыше 600 млн тенге. История этого проекта расколола ситуацию на две непримиримые правды, где за каждой стороной стоят железобетонные аргументы и болезненные вопросы, сообщает Qazaqstan Media.
Что нам стоит дом построить
Проект задумывался масштабным и современным. На месте старого рынка планировали возвести две высотки. Они должны были сформировать новый облик центра города и предложить жителям комфорт высокого уровня. С паркингом, коммерческими площадями и продуманной до мелочей территорией.
«Его хотели сделать таким, чтобы дома украшали город, как предыдущий проект на улице Васильева», — вспоминает Александр Фомин.
Для реализации задумки по рекомендациям привлекли генподрядчика, столичную компанию ТОО «АльБе-7». У фирмы был опыт строительства крупных объектов. Ей передали всю документацию и заключили соглашение с фиксированной стоимостью работ – 360 тысяч тенге за квадрат.
Параллельно в июле 2021 года в юстиции зарегистрировали жилищно-строительный кооператив для привлечения участников. В общей сложности в проект вошли 113 пайщиков, заключивших договоры на 153 квартиры по цене 358 тысяч тенге за квадратный метр.
Сначала работы продвигались динамично. Однако в октябре 2022 года баланс пошатнулся. Возникли претензии между субподрядчиками и генподрядчиком относительно расчетов.
«Но генподрядчик сказал, что у них все нормально и они рассчитываются. В итоге в ноябре 2022 компания «АльБе-7» уведомила о том, что у них закончились деньги и они расторгают договор в одностороннем порядке. Кроме того, запрещают доступ на объект. Это послужило истинной причиной того, что мы вовремя не сдали объект», — резюмирует Фомин.
Дальнейшие попытки урегулировать кризис через переговоры с учредителями успехом не увенчались. По словам застройщика, одна из сторон была готова отказаться от прибыли ради завершения обязательств, но встретила жесткое сопротивление партнеров.
При этом на 28 ноября 2022 года официальные выплаты в адрес подрядчика достигли 92 % по договору. В то время как физическое выполнение работ оценивалось лишь в 67 %. Образовавшуюся разницу материалы дела оценивают примерно в один миллиард тенге.
После ухода «АльБе-7», и когда арест со стройки был снят, на объекте некоторое время продолжали работы силами нескольких подрядчиков.
Изначально, строительство, которое стартовало в июне 2021 года, планировали завершить в декабре 2024-го. Однако сроки прошли, а объект до сих пор не готов.
Стройка под следствием
Вроде бы и причина заморозки стройки звучит солидно и «уважительно» — корпоративные споры, проблемы с подрядчиками, сложные финансовые расчеты. Однако за всеми этими сухими отчетами и юридическими терминами стоят реальные судьбы целых семей и людей.
Некоторые пайщики вложили в этот проект последние деньги. Кто-то ради заветных квадратных метров продал единственное жилье. Кто-то повесил на себя тяжелые кредиты, а кто-то отдал все до копейки, внеся полную стоимость квартир без всяких рассрочек и ссуд. Теперь вместо долгожданного новоселья они уже более двух лет ждут свои квартиры, балансируя между судами, неопределенностью и горьким разочарованием.
Когда стало очевидно, что объект замер, прозвучало то, что окончательно переполнило чашу терпения людей. Для завершения строительства потребовалось еще около 700 млн тенге. И, по словам пайщиков, им открыто предложили раскошелиться во второй раз. Платить за чужие финансовые тупики из собственного кармана люди, конечно же, не захотели.
«Я покупала квартиру. А нам выдали договор купли-продажи на ЖСК — договор пая, который даже в юстиции регистрировать отказались. Нас ввели в заблуждение… Сейчас застройщик говорит, что подрядчик его обманул… Но это не наше дело. Мы заплатили деньги, отдайте нам квартиры», — говорила пайщица ЖСК на встречах с акимами области и города.
Когда предел был достигнут, люди пошли в полицию. Спустя некоторое время уголовное дело о мошенничестве возбудили сразу против трех человек: учредителей ТОО «ЦОТ» Владимира Богданова и Михаила Брехова, а также Александра Фомина. Но если дела в отношении двоих фигурантов Богданова и Брехова выделили в отдельное производство (по каким причинам, пока неизвестно), то Александр Фомин уже предстал перед судом.
Ему инкриминируют мошенничество в особо крупном размере, совершенное группой лиц по предварительному сговору.
«Фомин сообщил учредителям ТОО «ЦОТ» Брехову и Богданову о своих преступных намерениях. Брехов и Богданов согласились. Они из корыстных побуждений разработали преступный план, направленный на создание жилищного кооператива, и продолжили получение средств от лиц, желающих приобрести квартиры и парковочные места и коммерческие помещения. С целью материальной наживы, действуя одновременно в качестве руководителя ТОО «ЦОТ» и ЖСК «KZ» заключил прямой договор. Тем самым Фомин заключил договор между двумя подконтрольными лицами, выступая от стороны 1 и стороны 2. То есть фактически действовал в одном лице», — зачитал обвинение прокурор Ерлан Жамулдинов.
Всего обвинение насчитало три эпизода. В их числе — сделки по продаже паев, на которые, по версии следствия, прав у подсудимого не было. Итогом этой схемы, по мнению правоохранителей, стало безвозвратное завладение средствами людей на общую сумму, превышающую 600 млн тенге.
К слову, когда грянул гром и завели уголовное дело, застройщик находился за пределами Казахстана. Он вернулся и дал показания.
Ноябрьские надежды
Сам Фомин вину категорически не признал. Во время заседания в суде он старался держаться, детально и методично разбирая хронологию проекта. А также причины того, почему объект застрял в мертвой точке. Когда зашла речь о личной репутации, говоря о родном городе, подсудимый еле сдерживал слезы и волнение.
«В самом начале строительства я был уверен, что дом достроится. Я родился и вырос в этом городе, и для меня понятие доверие является очень важным. Я четко осознавал, что строительство будет завершено, поэтому все силы прикладывал тому, чтобы достроить», — сказал Фомин.
Подсудимый настаивает, что не собирается уходить в тень и продолжает делать все, чтобы спасти проект. Уверяет, что многострадальные башни все-таки будут достроены в ноябре этого года.
По его словам, в топку долгостроя летели не только народные деньги, но и его собственные сбережения, как в самом начале, так и в момент разгара кризиса. Сейчас пайщики должны около 200 млн тенге. Однако людей легко понять – как отдавать деньги, если председатель под следствием.
«Я прекрасно понимаю пайщиков. И прошу у них прощение за невыполненные обязательства», — коротко резюмировал Фомин.
На судебном процессе также разбирали эпизод с продажей паев. Адвокат спросил Фомина, действительно ли он продавал паи, понимая, что не имеет на это права. Он ответил, что на начальном этапе строительства в проект верили не все. Поэтому стоимость, которую называли пайщикам, была ниже 360 тысяч тенге за квадрат.
«В этот момент мы доплачивали за пайщиков собственные деньги, чтобы пай оставался на уровне 360 тысяч тенге. Я вносил деньги, продавал паи по заключенному договору купли-продажи», — пояснил Фомин.
Теперь суду предстоит разобраться в трех эпизодах обвинения, движении денег, договорах с пайщиками и подрядчиком, а также в том, что именно произошло с проектом, на который люди отдали свои средства. Для пайщиков ответ на этот вопрос прост. Они заплатили и хотят получить квартиры. Для защиты ситуация выглядит иначе. Адвокаты считают, что этот строительный спор, должен решаться в гражданско-правовой плоскости. Но окончательную оценку действиям Александра Фомина даст уголовный суд.
Читайте также: Больше денег и доступ к помощи прямо в селах обещают бизнесу в СКО
